И что же плять, случилось?

Что-то случилось? Нет, ничего. Все вроде бы, идет так, как и должно  идти. Череда: дом – работа – дом... Случайные встречи и устойчивый румянец на утро.

Что-то произошло? Нет, отнюдь. Обычная жизнь. Переполненные автобусы, вечная дорога до...   Дорожание сигарет и хлеба...

Что-то не так? Я вас умоляю...    Ну что может быть «не так» в 30 лет?  Работаю, работаю, сам себя обеспечиваю... Живу. Говорят, то сопутствует удача...

Что-то гложет душу? Уже нет. Спокоен и не одной мысли в голове: ни черной, ни светлой...    И все, что могло задеть сердце – в далеком прошлом.

Что-то съел не то? Нет, ужин был великолепным...   Кстати, а что ел я на ужин?

Что-то сорвалось? Ага. Друг не приехал. А я об этом не жалею, ни капли не жалею...!

Что-то хочешь? Если человек ничего не хочет, значит он умер.

Что-то причиняет боль? Есть такое дело. Даже не что-то... А кто-то. Понимаешь, боль могут родить только люди.

Что-то знаешь? А как же! И я тоже что-то знаю. Порой даже кажется, что слишком тяжел этот багаж знаний...

Что-то случилось? Случилось. Я просто влюбился...

Бездна

Все то время что я живу на этом свете, никак не могу отделаться от мысли, что я падаю в какую-то бездонную пропасть. Как-то раз читал сборник остроумных фраз, там было много всего, смешного и интересного, но одну фразу я все еще вспоминаю: "Жизнь это замедленный полет из чрева матери в могилу". Я не спорю, что все это слишком условно и размыто, но все же...
Опять перед глазами крутится все тот же сюжет: темнота, видны скалистые неровные стены, они улетают наверх, а на замену им приходят следующие все такие же - косые серые и безжизненные. Среди всего этого четко виден мой силуэт. Мальчик, одежды и волосы которого развеваются ветром. Его лицо не отражает ни одной мысли, оно наполнено безразличием. Зато его глаза полностью отражают его душу. В этих бездонных океанах видны и грусть, и печаль, и замучившее его одиночество. Иногда эти глаза роняют слезу, которая не падает вниз, а медленно, подчинившись ветру, ползет по вискам, оставляя за собой влажный, холодный след.
Иногда в этих скалистых стенах можно заметить чьи-то силуэты. Это силуэты тех, кто нашел себе место в пропасти. Все они молчат, но в этом мире достаточно взгляда. Большинство силуэтов смотрят на тебя, показывая пальцем, таким взглядом будто говоря: "Смотрите, вон еще один потерянный летит!!!". Гораздо реже можно встретить взгляд, который говорит тебе: "Не плачь - скоро и ты найдешь себе место". Но вот среди всех этих равнодушных лиц ты видишь человека, который с улыбкой говорящей: 'Ты мне нужен" -протягивает тебе руки. Обрадовавшись, я протягиваю ему свои, я лечу ему на встречу не отпуская его взгляда. В эти минуты ты уже не способен думать о том, почему ты доверился этому человеку, ты летишь к нему с мыслью:
"Наконец то я тебя нашел!!!". Но вот ваши руки смыкаются... На этом заканчиваются мечты и иллюзии. Только сейчас ты понимаешь, что этот силуэт, прикрывшись маской нежности и добра, отнимет у тебя кусочек твоего сердца и бросит обратно в пропасть. После чего ты уже не летишь, а просто падаешь кубарем - после этого так сложно найти 'равновесие.
И вот ты снова летишь, заглядывая в чужие глаза в поисках места в жизни. Есть ли в этой жизни место и для меня? ; Найду ли я тебя? Скорей бы уже долететь до конца - дна этой пропасти...

Все, ради

Темно и холодно, тольку звук проезжающих за окном машин говорил о том, что я еще жив. Я открыл глаза. Но ничего не изменилось. Так же темно, так же холодно. На ощупь добрался до полки и достал свечу. Паставил ее на стол и сел рядом.
Сработал таймер, и по квартире разнеслась музыка. Я зажег свечу, положил голову на руки. Музыка... Эта психоделическая музыка, полная космоса и небытия, сводила меня с ума. Она наполняла все пространство как снаружи, так и внутри меня. Ощущения нереальности перерастали в страх. Лишь пламя свечи то гасло, то появлялось вновь. Как луч маяка в густом тумане, он успокаивал моряка, решившего отправится в тяжелое и опасное плавание по океану жизни, и оставшегося один на один с собой.
Этот маленький трепыхающийся комок света успокаивал и согревал. И музыка уже не казалась такой наполненной безысходности.
Страх постепенно спадал.
Дрожащими руками я нащупал сигарету, закурил. Мое внимание, как и мысли, все больше и больше возвращались к свече. Капля воска покатилась вниз, но не добежав до середины застыла. За ней нще одна, и еще... Не одна из них так и не достигла конца. Останавливаяст на полпути, они как бы задумывались, а стоит ли идти дальше. Когда назад не повернуть, а вперед идти незачем.
Пламя свечи согревало меня. А капли воска, застывшие чуть ниже его, говорили мне: «Ты не один». Как страшно видеть в вещах повторение человеческой судьбы. Ведь они такие же как я. Они такие же как я, остались одни, растратив по пути всю жизненную силу. А свеча? Зачем живет она? Чтобы в один день, отдав до конца всю свою доброту и любовь сгореть до тла, ничего после себя не оставив. Как жесток мир. Но, господи, почему? Почему я, все это прекрасно зная и осознавая, все вновь и вновь отдаю себя этому миру. Этим людям, которые возникают у меня на пути. И лишь иногда получая взамен доброту и ласку.
Я устал. Устал от жтзни. Кажется мне, будто я как свеча, уже сгорел. Еще немного и от меня ничего не останется. Пусть! Пусть так и будет. Иначе нельзя, да и быть не может. Если не я, то кто?
Резкий поры ветра задул свечу. Кассета давно уже кончилась. Светало. Я закрыл глаза и уснул. Мне снилось голубое небо, зеленая трава. Мир, наполненный любовью. Мой мир. Я верю, что и реальный мир когда-нибудь станет таким. И я готов отдать все ради этого. Даже себя

Бегство

Моим стихам не место у камина. 
Они куда как сладостней горят в огне 
Одной частицей лишь неуловимой, 
Неся тепло в промерзлость этих дней.

Был прав сгубивший мою душу демон,
В обличье галки с беличьим хвостом,
Коль посвятить себя младенцу не сумела,
Бей по губам пронзительным стихом!

Ничто не будет больше бесполезней, 
Чем дрожь пера, латающая смысл
Следов любви от подростковых лезвий.
Спустись же тишина и упрости мне жизнь!

Сотру из памяти промозглый тихий вечер,
Куплю билет ценою в чистоту.
Кропя стихами путь, как рассыпая крекер,
Сбегая, всем игриво подмигну:

«Ну что, не ведали, что так меня хотели,
Что всем нужна, кроме себя самой?
Оденьтесь потеплей, грядут метели.
Уж я бесспорно возвращусь весной!»

...На родине так многочислен запах
Кочующих, как таборы, ветров!
Мне на лицо и руки дождь закапал – 
Я больше не боюсь своих стихов.

Ко мне приходит демон-полубелка,
Нет, не спалить, не обесчестить храм,
Чтоб темнотой зарос. И молоко в тарелку 
Я лью ему. Пусть выпьет за меня! 

Пройдем, чудовище мое, заглянем 
В мир, где нам с тобой еще так долго жить.
Что расстоянья между городами, 
Коль не научимся стихи свои любить! 

Пристрастия и моды

Меняются пристрастия и моды,
Но мы, как в первый раз, сойдясь с тобой вдвоем
Заводим песнь одну, одну все эти годы.
О чем поем? О чем, мой друг, поем?
В сплетении дорог, углов, пристанищ, лестниц,
Каких не назовем священным словом Дом,
Мы кровом для себя одну избрали песню,
О чем она, скажи? О чем, скажи, поем?
Разлуки длительны и коротки свиданья.
Как мы с тобой смешны в терпении своем!
Но музыка звучит, в груди будя дыханье
И мы поем с тобой. О чем, скажи поем?
Черны пути судьбы и темнотой залито
Что ожидает нас, что мы с тобою ждем;
Молитв не знаем мы, нам песня как молитва,
Которую поем. О чем, скажи, поем?
Почувствовав беду по-детски зябкой кожей,
Ловя надежду на лице твоем,
Я выдохну в последний час тревожный:
О чем поем? О чем, скажи, поем?

Ништяк

Приятно бывает, когда в настроенье,
Когда все как надо, по-жизни ништяк,
Лопатник достав не спеша, без волненья,
Зайти с пацанами в знакомый кабак.

Приятно «на душу принять» и не слабо,
Усвоить пивка литров 10 за раз,
Сидеть и базарить о жизни, о бабах,
Ловя полный кайф от скабрезности фраз.

Приятно себя не считать отморозком,
Ни книг не читать, ни дешевых газет,
Увидев ханыгу в пальтишке неброском,
Подумать: «Гoлимо же, лох, ты одет».

Приятно наполнить желудок с усладой,
Оставив «на чай» в захолустном кафе,
Лететь за рулем свежевымытой «Лады»
И Кругу внимать, находясь подшафе.

Приятно рукой провести вдоль затылка,
Приятно не путать ни дат, ни имен,
Кроссворд разгадав из журнала «Мурзилка»,
Подумать: «А все-таки, как я умен!»

Дым над водой

Этот дым над водой... 
Над тобой.. Надо мной... А мы уже совершенно чуждые друг для друга и никак не связаны. Ничем, даже самыми простыми обязательствами. Может быть, в этом счастье?
Мы еще не расстались. Но уже не вместе. Ты, правда, об этом еще не догадываешься, но скоро тебе будет ясно все... Потому что я уеду. И билет уже куплен. Осталось только написать тебе это письмо и оставить его на кухонном столе под сахарницей...
Равнодушный холодный взгляд...
А другого у меня не осталось. Все, что родилось-умерло.Его никогда уже больше не будет... Как бы ни было жаль...
Я тебя забываю... И не буду тебе звонить...
Или-уже забыл. Ты хороший, добрый... Ласковый... Но это... Ты не ревнуешь меня. Я «не даю повода». И не надо этого делать. Ты не делаешь.
Все, что сложно найти...
Мы так долго шли друг у другу... И, наверное, не надо было ничего менять. Я не боюсь ничего. А тебе-есть что скрывать. Мы слишком разные, чтобы быть вместе. Мы слишком одинаковы, чтобы быть рядом.
Так легко потерять...
Терять? А что я потерял... Если бы было что потерять, я бы немедленно. Но я так и не пустил тебя дальше сердца, не разрешил тебе пользоваться собственной душой...
Мы встретимся на вокзале судеб и поймем, что в поезде, где еду я, купе нет. И нам надо расстаться. Прощай, прости...