История о крошечном защитнике

Пес был стар. Даже по человеческим меркам количество прожитых псом лет выглядело весьма солидно, для собаки же подобная цифра казалась просто немыслимой. Когда к хозяевам приходили гости, пес слышал один и тот же вопрос:

– Как ваш старик, жив еще? – и очень удивлялись, видя громадную голову пса в дверном проеме.

Пес на людей не обижался – он сам прекрасно понимал, что собаки не должны жить так долго. За свою жизнь пес много раз видел хозяев других собак, отводивших глаза при встрече и судорожно вздыхавших при вопросе:

– А где же ваш?

В таких случаях хозяйская рука обнимала мощную шею пса, словно желая удержать его, не отпустить навстречу неотвратимому.

И пес продолжал жить, хотя с каждым днем становилось все труднее ходить, все тяжелее делалось дыхание. Когда-то подтянутый живот обвис, глаза потускнели, и хвост все больше походил на обвисшую старую тряпку. Пропал аппетит и даже любимую овсянку пес ел без всякого удовольствия – словно выполнял скучную, но обязательную повинность.

Большую часть дня пес проводил лежа на своем коврике в большой комнате. По утрам, когда взрослые собирались на работу, а хозяйская дочка убегала в школу, пса выводила на улицу бабушка, но с ней пес гулять не любил. Он ждал, когда Лена (так звали хозяйскую дочку) вернется из школы и поведет его во двор. Пес был совсем молодым, когда в доме появилось маленькое существо, сразу переключившее все внимание на себя. Позже пес узнал, что это существо – ребенок, девочка. И с тех пор их выводили на прогулку вместе. Сперва Лену вывозили в коляске, затем маленький человечек стал делать первые неуверенные шаги, держась за собачий ошейник, позже они стали гулять вдвоем, и горе тому забияке, который рискнул бы обидеть маленькую хозяйку! Пес, не раздумывая, вставал на защиту девочки, закрывая Лену своим телом.

Много времени прошло с тех пор… Лена выросла, мальчишки, когда-то дергавшие ее за косички, стали взрослыми юношами, заглядывающимися на симпатичную девушку, рядом с которой медленно шагал громадный пес. Выходя во двор, пес поворачивал за угол дома, к заросшему пустырю и, оглянувшись на хозяйку, уходил в кусты. Он не понимал других собак, особенно брехливую таксу с третьего этажа, норовивших задрать лапу едва ли не у самой квартиры. Когда пес выходил из кустов, Лена брала его за ошейник, и вместе они шли дальше, к группе березок, возле которых была устроена детская площадка. Здесь, в тени деревьев, пес издавна полюбил наблюдать за ребятней. Полулежа, привалившись плечом к стволу березы и вытянув задние лапы, пес дремал, изредка поглядывая в сторону скамейки, где собирались ровесники Лены. Рыжий Володя, которого когда-то пес чаще всех гонял от Лены, иногда подходил к нему, присаживался рядом на корточки и спрашивал:

– Как дела, старый?

И пес начинал ворчать. Ребят на скамейке собачье ворчанье смешило, но Володя не смеялся, и псу казалось, что его понимают. Наверное, Володя действительно понимал пса, потому что говорил:

– А помнишь?..

Конечно, пес помнил. И резиновый мячик, который Володя забросил на карниз, а потом лазал его доставать. И пьяного мужика, который решил наказать маленького Толика за нечаянно разбитый фонарь. Тогда пес единственный раз в жизни зарычал, оскалив клыки. Но мужик был слишком пьян, чтобы понять предупреждение и псу пришлось сбить его с ног. Прижатый к земле громадной собачьей лапой, мужик растерял весь свой педагогический пыл, и больше его возле площадки не видели…

Пес ворчал, Володя слушал, изредка вспоминая забавные (и не очень) случаи. Потом подходила Лена и говорила, поглаживая громадную голову пса:

– Ладно тебе, разворчался. Пойдем домой, вечером еще поболтаете.

Вечернюю прогулку пес ждал особенно. Летом ему нравилось наблюдать как солнце прячется за серые коробки многоэтажек и вечерняя прохлада сменяет дневную жару. Зимой же пес подолгу мог любоваться черным, словно из мягкого бархата, небом, по которому кто-то рассыпал разноцветные блестки звезд. О чем думал в эти минуты старый пес, отчего порой он так шумно вздыхал? Кто знает…

Сейчас была осень, за окном уже смеркалось и капал тихий, унылый дождик. Пес вместе с Леной шли привычным маршрутом, когда чуткое собачье ухо уловило необычный звук. Звук был очень слабый и почему-то тревожный. Пес оглянулся на Лену – девушка звук не замечала. Тогда пес быстро, насколько позволяло его грузное тело, метнулся в заросли кустов, пытаясь отыскать… Что? Он не знал. За всю долгую жизнь пса с таким звуком он еще не сталкивался, но звук полностью подчинил себе сознание пса. Он почти не слышал как испуганно зовет его Лена, как ее успокаивает Володя… Он искал – и нашел. Маленький мокрый комочек разевал крошечную розовую пасть в беззвучном крике. Котенок. Обычный серый котенок, который только неделю назад впервые увидел этот мир своими голубыми глазами, задыхался от затянутой на его горле веревочный петли. Передние лапки его беспомощно хватались за воздух, задние же еле доставали до земли.

Пес одним движением мощных челюстей перегрыз ветку, на которой был подвешен котенок. Тот плюхнулся в мокрую траву, даже не пытаясь подняться. Осторожно, чтобы не помять маленькое тельце, пес взял его зубами за шкирку и вынес к Лене.

– Что за дрянь ты при… – Начала было Лена и осеклась. Тихонько ойкнула, подхватила маленькой дрожащий комочек. Попыталась снять петлю, но мокрая веревка не поддалась.

– Домой! – скомандовала Лена и, не дожидаясь пса, побежала к подъезду.

Котенок выжил. Три дня лежал пластом, никак не реагируя на суету вокруг. Только жалобно пищал, когда большой бородатый человек со странной кличкой «Ветеринар» делал уколы тонкой длинной иглой. На четвертый день, завидев шприц, котенок заполз под диван, чем вызвал сильное оживление среди людей. А еще через неделю по квартире скакал озорной и абсолютно здоровый кошачий ребенок. В меру хулиганистый и непослушный. Но стоило псу слегка рыкнуть или хотя бы грозно посмотреть на озорника и котенок тут же становился образцом послушания.

А пес с каждым днем становился все слабее. Словно отдал частичку своей жизни спасенному котенку. И как-то раз пес не смог подняться со своей подстилки. Опять вызвали ветеринара, тот осмотрел пса и развел руками. Люди долго о чем-то говорили, Лена тихо плакала… Потом звякнуло стекло, ветеринар стал подходить к собаке, пряча руки за спиной. И вдруг остановился, словно перед ним выросла стена.

Но это был лишь маленький серый котенок. Выгнув спинку дугой и задрав хвост, котенок первый раз в жизни шипел, отгоняя от пса что-то непонятно, но очень страшное. Котенок очень боялся этого человека со шприцом. Но что-то заставляло его отгонять ветеринара от пса…

Ветеринар постоял, глядя в полные ужаса кошачьи глаза. Отступил назад, повернулся к Лене:

– Он не подпустит. Уберите котенка…

– Нет.

– Лена! – Воскликнула хозяйка. – Ну зачем же мучать собаку?

– Нет. Пусть будет как будет. Без уколов…

Ветеринар посмотрел на котенка, затем на заплаканную Лену, снова на котенка… И ушел. Люди разошлись по своим делам, квартира опустела. Только бабушка возилась на кухне, изредка всхлипывая и шепча что-то невнятное.

Пес дремал на подстилке, положив громадную голову на лапы и прикрыв глаза. Но не спал. Он слушал дыхание котенка, который беззаботно спал, уютно устроившись под боком пса. Слушал, и пытался понять, как этот маленький слабый зверек сумел отогнать большого и сильного человека.

А котенок спал, и ему снилось, что псу опять угрожает опасность, но он снова и снова прогоняет врага. И пока он, котенок, рядом, то никто не посмеет забрать его друга.

Будешь жить

— Проваливай! И скажи спасибо, что не усыпил! – дверца автомобиля захлопнулась, машина умчалась вдаль. На обочине шоссе остался пёс. В сумерках он казался крупным , ширококостным - на самом же деле, это был всего лишь пятимесячный щенок алабая. Малыш бросился вслед, но сил у него было слишком мало, чтобы догнать автомобиль.

С трудом переставляя неуклюжие лапы, запыхавшийся пёсик медленно побрел вдоль шоссе.
Куда идти? Где дом? Хозяин?
Вокруг ни души, по пустынной трассе лишь изредка пролетали машины, ослепляя щенка огнями фар…
Темнело. Короткий зимний день подходил к концу.
Малыш сел на обочину, завыл, зарыдал…
Он плакал, как плачут все брошенные маленькие дети - о том, что никто во всем белом свете, не любит его и не ждет.
Его мир рухнул…
Всего пару дней назад он жил в теплой квартире, с родным и безумно любимым, человеком. Щенку повезло – ему достался добрый хозяин, предназначенный свыше, о чем говорила собака-мама, когда он был совсем маленьким:
- Создатель послал нас на Землю охранять жизнь и покой человека, любить бескорыстно и преданно. Говорят, Бог смотрит на людей глазами собак…
Мама, теплая и ласковая, добрая и любимая! Жаль, что нельзя остаться маленьким и продлить счастливое детство на всю жизнь…
Но щенята подрастают и расставание неминуемо.
Когда на пороге появился его будущий хозяин, малыш сразу понял – он пришел за ним!
Радостно виляя маленьким обрубком хвостика, бросился встречать.
- Ну, здравствуй, моя собака! – улыбался человек, и щенок, открыв пасть, вывалив розовый язычок, пытался улыбнуться в ответ, с удовольствием подставлял животик для почесух.
– Замечательный малыш! Как же я мечтал о тебе!
Их совместная жизнь была наполнена нежным, солнечным, тёплым счастьем.
Запах, голос, улыбка и смех хозяина навсегда останутся в памяти пса, как и привычки, любимые игры, ласковые эпитеты…
- Какой же ты хороший мальчик! - говорил хозяин, умиляясь щенячьим шалостям.
Время летело незаметно, песик рос стремительно, и к четырехмесячному возрасту его высота в холке составляла почти пятьдесят сантиметров…
- Весной пойдем на выставку молодняка - надо обязательно показать всем, какие мы красивые! - расчесывал своего питомца хозяин, - а летом отправимся на дачу!
Дни тянулись в томительном ожидании прихода любимого человека с работы.
Щенок долгое время смотрел в окно, потом засыпал на коврике, рядом с кроватью, уткнув нос в хозяйские тапочки. Ощущая запах родного человека, малыш не чувствовал себя одиноким.
Но однажды хозяин не вернулся. Не пришел и на следующий день. Щенок выл от тоски и горя, ибо знал, не увидит он никогда родное лицо.
Вечером следующего дня пришли люди - родственники, с которыми малыш встречался лишь однажды.
— Надо решить, куда собаку девать, - женщина деловито оглядывала комнаты, – ни к чему она нам... похороны, поминки….
— Сейчас прям и решим! - пристегнув поводок к ошейнику щенка, ответил её супруг.
Малыш упирался, скользил животом по полу … но, его силой вытащили из дома, запихнули в машину, отвезли в лес.
И теперь, он один, на безлюдной дороге, вдали от человеческого жилья.
Усталость взяла свое - щенок прилег на обочине. Крупные снежинки падали на его шкуру, и постепенно он превращался в сугроб. Под снежным одеялом было уютно, малыш немного успокоился, задремал.
И во сне, как на последней прогулке, он нырял в сугроб, зарывался мордочкой в чистый снег, а потом бежал навстречу человеку, прыгал на грудь, пытаясь расцеловать дорогое лицо, лизнуть ладонь.
— Проснись, нельзя спать, замерзнешь, вставай! - услышал он вдруг голос хозяина и резко очнулся .
Шатаясь от голода и усталости, пес шел без сна двое суток, пока не упал, обессиленный, рядом с чьей-то калиткой.
Очнулся в незнакомом сарае. На шее тяжелая, короткая цепь…
Так, в самом нежном возрасте, вопреки своему желанию, он был определен в охранники частного деревенского дома.
Люди, подобравшие щенка, хотели иметь злую собаку. И, дабы воспитать в нем агрессию, били, не кормили сутками.
Он же мечтал об играх и ласках, которые уже успел познать…
У него чесались зубы, и за погрызенные доски вольера его жестоко наказывали.
Но все равно пёс не смог превратиться в дикого зверя, поскольку знал: на свете между человеком и собакой существуют любовь и дружба.
И только любимым людям он готов был служить преданно, беззаветно.
Вскоре, новые владельцы избавились от него, как «непригодного» : отдали на «службу» - охранять торговую базу .
День и ночь он сидел на короткой цепи, злобно лаял на посетителей, демонстрируя готовность разодрать на части всех воров и бандитов.
В любую погоду: под знойным солнцем, проливным дождем, при ураганном ветре.
Осенними ночами примерзал шкурой к луже, в которой приходилось спать.
У него размок и развалился ошейник, но никто не пожелал купить новый. Шею просто обмотали тяжелой цепью, сделав из неё удавку.
Его часто забывали кормить, а когда база закрывалась на выходные, приходилось голодать несколько суток.
В жаркие дни страдал от жажды - миска редко наполнялась водой…
Но все это пёс мог бы простить, если хотя бы один раз, кто-нибудь из людей, чье имущество он охранял, приласкал бы его. Но, почти в каждом, проходящим мимо, он видел человека, чьей жизненной целью были лишь деньги. Не люди - ходячие калькуляторы, с душой, закрытой для любви.
Несколько лет алабай был узником на цепи, охранявшим вход. Десять шагов в одну сторону, десять в другую… Дни тянулись бесконечной, безрадостной чередой.
Цепь постепенно врастала в шею, душила, и никому в голову не пришло её ослабить - его громкий лай, становился все более хриплым.
Когда-то веселый, восторженный щенок превратился в медлительного и безразличного ко всему, пса,
Скорее всего, он так бы и умер, задохнувшись на цепи-удавке, если бы однажды не появился на базе новый работник. Он подметал двор, и часто поглядывал на собаку.
— Хороший мальчик! – оценил его дворник. Услышав знакомые слова, пёс поднял голову .
— У меня на родине был волкодав, — рассказывал дворник, – помогал отару пасти. Умер, и отары больше нет. Возьми, – протянул он собаке бутерброд, - худоват ты, что-то…
С того дня, у алабая стал просыпаться интерес к жизни. Работник появлялся на базе не каждый день - иногда несколько дней отсутствовал , и тогда жизнь опять казалась псу скучной, безрадостной.
Внимание дворника было единственным светом и теплом, озарившим его мучительную, безрадостную, опостылевшую жизнь.

Как-то днем, недалеко от входа на базу, алабай заметил наблюдавшего за ним человека, и
сразу, инстинктивно, почувствовал опасность.
Если большинство людей к нему были равнодушны , этот - боялся и ненавидел…
Утром незнакомец появился снова, подошел к дворнику.
- Дай это собаке, — протянул он кулек со съестным.
– Зачем?- дворник отшатнулся.
- Будешь вопросы задавать - долго жить не будешь!
Дворник нерешительно подошел к собаке, положил кусок колбасы, внимательно посмотрел в глаза.
Пёс понюхал, и есть не стал…
- Он сыт, потом съест, — взяв в руки метлу, дворник отошел.
- Хорошо, я подожду, — прошептал человек и попытался приблизиться к собаке.
Едва он сделал шаг вперед, пёс угрожающе зарычал.
— У, Шайтан! - с воплем бросился прочь незнакомец .
Дворник задержался на работе допоздна. И когда совсем стемнело, подошел к алабаю:
- Отравить хотят, смерть твоя нужна кому-то, я даже догадываюсь, зачем…
Человеку тому скажу — умер, мол, похоронил! Только уходи отсюда подальше!
Дворник отцепил карабин, и ужаснулся - цепь вросла собаке в шею.
Отдирать не решился - просто перекусил цепь кусачками.
— Уходи отсюда! Пошел! Беги!
И алабай понял…
Медленно перебирая лапами, пёс побрел вдоль трассы. За несколько лет жизни на привязи, он почти разучился ходить, быстро уставал, часто ложился .
Он вновь шел по дороге, как несколько лет назад, щенком, но теперь, это был уже крупный, статный пёс.
И, даже несмотря на неухоженность, свалявшуюся, грязную шерсть, гордая осанка великана должна была бы вызывать восхищение. Но люди, в страхе, шарахались от него.
Пищу он находил рядом с придорожными кафе в кустах и урнах. Спал, где придется – там, где заставала его безмерная усталость.
Мимо пролетали машины. Однажды, рядом притормозил большой черный джип. Раздались выстрелы. Пес взвизгнул, свалился в канаву, а машина помчалась дальше под радостный гогот мужиков. Пуля лишь слегка задела лапу, но крови было много…
Устроившись в кустах, пёс долго зализывал рану. За что?
Не знал он, что человек - единственное разумное животное, которое убивает ради удовольствия.
Рана воспалилась, пёс с трудом опирался на лапу, хромал, его бил озноб, и очень хотелось спать.
Он шел уже много дней, куда и зачем, не знал, шел бесцельно, страдал от одиночества и все чаще вспоминал своего хозяина, маму…
Как же ему вновь хотелось прижаться к её теплому телу, согреться, как в детстве, чувствуя себя в полной безопасности.
- Неужели мой хозяин был единственным добрым человеком на свете? - плакал он во сне, — нет … был ещё дворник, сейчас - вокруг лишь тьма …
Сон был прерван острой болью: навалившийся человек пытался перерезать собаке горло. Но, вросшая цепь спасла псу жизнь: нож, скользнув по железу, воткнулся в плечо. Алабай резко вскочил, сбросил с себя убийцу, грозно оскалился, и убийца бросился наутек.
— Надо вызвать ментов! Бешеная собака на заправке! Бросилась на меня, зверюга, огромная! – влетел он в придорожный магазинчик.
— Искусала! - размахивал руками, в крови алабая.
- Звоните в полицию!
— Бешеная? Закрыть двери! Никому не выходить! Вызываю наряд! – распорядился охранник.
Пёс, хромая, и оставляя за собой кровавые следы, двигался по обочине трассы,
С каждой минутой он все более слабел. Вместе с последними силами уходило желание жить, и только в глазах - немой вопрос: за что?
Если действительно Бог смотрит на людей глазами собак — почему этот мир до сих пор существует?
Где-то вдали взревела полицейская сирена.
И пёс решил не сопротивляться судьбе.
Метрах в пятидесяти от заправки, лег на обочину:
- Больше не могу – добейте!
И, когда рядом остановилась машина, вышли люди, пёс, готовый к самому худшему, прикрыл глаза.
— Что с ним? – услышал он женский голос, - отдыхает или машина сбила?
Женщина наклонилась и… неожиданно, погладила его большую, плюшевую голову.
Пёс удивленно открыл глаза. Сколько лет он не видел человеческой ласки!
Перед ним стояла молодая, хрупкая, бесстрашная женщина.
- Разрешишь посмотреть, что с тобой? Ты же хороший мальчик?
– Надо срочно ехать в клинику, иначе умрешь от потери крови! Пойдешь со мной, малыш!
И великан доверился сразу: поднялся, на дрожащих от слабости лапах, пошел к машине. Сил едва хватило, чтобы залезть на заднее сидение.
- Молодец, умница, будешь жить! – приговаривала женщина, помогая ему забраться в автомобиль.
Пса заботливо укутали шерстяным пледом, и он сразу погрузился в спокойный, глубокий сон - даже сирена полицейской машины, промчавшейся мимо, не смогла его разбудить

198 отметок плюс один

198 

8 публикаций

Никто, кроме детей, его не любил.

Почти все мы стремимся быть богаче и успешней. Хотим быть сильными, красивыми. Хотим быть любимыми и повсюду ищем тех, кто будет любить нас. но умеем ли мы сами любить, умеем ли мы дарить окружающему миру свою любовь? Мы ждем, иногда требуем у других безоговорочной любви. Но можете ли вы вспомнить, когда последний раз сказали кому-то: «Я тебя люблю»? Или просто обняли дорогого человека. Почему так получается, что в душе мы все ранимые, но пытаемся показать «сталь» характера и непробиваемость?

Я хочу рассказать об истории одного существа, за которым наблюдала несколько лет. Существо звали Кошмар. 

Он был котом. Его кличка себя полностью оправдывала.

В его жизни было всего три цели:

• - выживание во что бы то ни стало,
• - поедание всего более или менее съедобного, чтобы выжить,
• - и продолжение своего рода в мартовскую пору кошачьих любовей.

Комбинация этих целей и проживание в подвалах и подворотнях оставили на тощем теле Кошмара страшные следы. В какой-то из драк за любовь кошки он потерял глаз. Наверное, по этой же причине у него было порвано ухо. Однажды его сбила машина. Кошмар отделался переломом задней правой лапы. Конечно, никто его не лечил, и лапа срослась под каким-то невероятным углом. Хвоста у него не было – какой-то живодер отрубил его, когда Кошмар был еще котенком. 

Если бы не огромное количество шрамов, густо покрывающих его большую голову и плечи, то Кошмар, наверное, был бы рыжим полосатым и даже привлекательным котом. Но он таким не был. Все, кому он попадался на глаза, говорили: «Какой кошмар!». 

Мамочки нашего двора строгонастрого запрещали своим детям к нему прикасаться. Взрослые мужики во время распития пива на лавочках бросали в него бутылки и камни. Бабулька с первого этажа поливала его из шланга, чтобы отвадить его от своей кошечки, а если удавалось, то с руганью пинала его. 

Это покажется странным, но Кошмар никогда не проявлял агрессию. Даже наоборот. Если его поливали из шланга, он покорно мок под водой, пока мучительнице не надоедала эта забава. Если его пинали или что-то в него кидали, он, мурлыча, терся одноглазой мордой о ноги обидчиков, как бы прося у них прощения. Но особенно он любил детей. Увидев их, он, хромая, бежал к ним, терся головой о руки и ноги, громко мурлыкал, прося его погладить и приласкать. Если кто-то нарушал материнский запрет на прикосновения к Кошмару и брал его на руки, он тут же начинал сосать уголок блузки, пуговицу или ухо. 

Никто, кроме детей, его не любил. Да и те, когда подрастали, перенимали родительскую ненависть и тоже начинали его обижать. А он любил всех: и обидчиков, и тех, кто время от времени подкидывал ему что-нибудь съестное. 

В один весенний день в нашем подъезде поселился новый сосед. У него был огромный пес – ротвейлер. То, что псина и его хозяин абсолютно неадекватны, я поняла в первый же день, когда услышала команду «Фас!» и выглянула в окно. Огромная псина, беснуясь, бегала вокруг дерева, где сидел ощерившийся Кошмар. На мои призывы прекратить травить кота сосед только сплюнул. Так продолжалось долго. И однажды Кошмар не успел сбежать. Из своего окна я услышала команду «Фас!», лай пса, крики кота о помощи, и тут же бросилась на помощь. 

Когда я спустилась, Кошмар уже был сильно изранен, весь в крови и едва подавал признаки жизни. Он лежал на траве, свернувшись в клубочек, дрожа от боли и страха. Его несчастная жизнь подходила к концу. Я никогда не думала, что кошки умеют плакать, но его глаза были мокрыми от слез.

Схватив его на руки, я побежала домой. Кот хрипел и задыхался. Больше всего я боялась навредить ему еще больше. А он... А он тем временем пытался сосать мне ухо. Я остановилась и, задыхаясь от слез, прижала его к себе. 

Кот коснулся головой моей руки, его золотой глаз повернулся в мою сторону, и я услышала... громкое мурлыкание! 

Даже в свои последние минуты жизни, испытывая великую боль, кот просил об одном – о капельке любви и о капельке сострадания! И он дарил свою умирающую любовь мне. 

В тот момент я думала, что имею дело с самым любящим существом на всем белом свете. Самым любящим и самым-самым красивым. А он доверчиво смотрел на меня, уверенный в том, что я смогу смягчить его боль. 

Кошмар умер у меня на руках до того, как я добежала до дома. 

Я долго сидела на ступенях, держа его на руках, заливаясь слезами и прося у него прощения за всех нас. 

Кошмара я похоронила у себя на даче. 

И вот сейчас я понимаю, что один несчастный кот-калека изменил все мои представления о мире. Все-таки есть на этом свете истинная, верная и беспредельная любовь. Это действительно так. Кошмар научил меня сострадать больше, чем тысячи мудрецов. Я  ему всегда благодарна. У него было искалечено тело, но душа была чистой. У нас же искалечены души. 

Теперь настало время мне учиться любить и отдавать свою любовь ближнему без остатка.

ВОЗЛЕ ПОПАВШЕГО В ЯМУ ДРУГА

В начале сентября золотистый ретривер Тилли и бассет-хаунд Фиби не вернулись с прогулки. Их владелец, житель острова Вашон в американском штате Вашингтон, обратился в организацию Pet Protectors, и спустя пять дней после исчезновения собак она написала объявление в фейсбуке. Кто-то рассказал в комментариях, что видел Тилли в своем районе — и она как будто пыталась привлечь внимание и искала помощи.

Добровольцы организации отправились на поиски Тилли и Фиби. «Когда я пришел туда, Тилли не бросилась ко мне, а осталась сидеть у края ямы. Если бы собака побежала, мы бы и не поняли, что в яме сидит второй пес. Тилли дала понять, что Фиби попала в беду», — рассказал волонтер.

Обе собаки были живы и относительно здоровы — они избежали обезвоживания, потому что пили дождевую воду.

   

1.

СЛЫШУ ПЛАЧЕТ КТО-ТО, ДА И ГРОМКО ТАК...

 Это было лет 5 назад. Позвонила подруга и рассказала: "Иду я со стоянки, слышу плачет кто-то, да и громко так. Иду на звук, помойка и рядом кусты, в кустах комок сидит. Я его взяла и домой пошла. Можешь посмотреть прийти? Ты же у нас по кошкам, у него с глазками что-то, и пёс на него облизывается, боюсь сожрет. Не знаю что делать с ним."

Я пришла, посмотрела, оказалось у маленького сильное воспаление глаз, ужасная простуда и высокая температура. Поехали к врачу, врач сказала, что ребёнок скорее всего не выживет, ему недели 2 всего. Но попытались спасти. Обкололи уколами, выписали кучу лекарств.

3 ночи я не спала, просыпалась, слушала дышит или нет. Кормила каждые полтора часа. Наливала кипяток в бутылку и прятала в носок, клала в коробку к коту.

Через три дня поехали снова к врачу. Она так была удивлена, что кот выжил. Лечились долго. Глазки спасли. Родители так привязались, что несмотря на взрослого большого кота, решили оставить найденыша. Назвали Вениамин.

Этот чертенок веселит и радует нас каждый день. Очень нежный и ласковый кот. Безумный хулиган, не дает скучать. Родители в нем души не чаят, а мне он как ребёнок родной 

(С) ДЛ

Мера распущенности

Ехал в маршрутке, передо мной сидят два парня. Слышу обрывок разговора: 
- Вчера приходил ко мне знакомый. Ну, ты помнишь его, Вовка тощий. Лицо у него смазливое. Бабы за ним аж пищат! Я ему так классно дырочку почистил - минут сорок пыхтел!
Ну, думаю, он бы еще громкоговоритель взял! А то, еще не все мамашки с детьми слышали о его любовных похождениях. Бабулька, рядом сидящая, покосилась в их сторону, презрительно пожевала губами и нахмурила брови. Рядом сидящая тетка демонстративно встала и пересела на другое место. Он что пьяный? Блин, разве можно о таких вещах в общественном транспорте говорить? Слушаю дальше..
- Ну ничего, пломбу поставлю, и зуб будет как новенький.

Тьфу ты, ля! Долбанный стоматолог! Я уже черти что подумал. "Совсем плоха стала, мать!" Правду говорят: каждый думает в меру своей распущенности

ПЫ.СЫ

тра́ хать

Глагол, несовершенный вид, переходный, тип спряжения по классификации А. Зализняка — 1a. Соответствующий глагол совершенного вида — трахнуть.

Корень: -трах-; суффикс: -а; глагольное окончание: -ть.

Значение

1. о резком громком звуке раздаваться, звучать ◆ За окном очень близко начали трахать выстрелы. 
2. перен. производить резкое и шумное действие, например наносить удар, разбивать что-либо 

ОТКУДА ЧТО ПОШЛО...

О происхождении слова "трахаться"

Недавно обнаружил, что этого почти никто не знает! Как же так!? Вот, Вам его история.

Передавали как-то в 70-ые годы по радио рассказ... А я к тому времени уже вышел из-под стола и с интересом прислушивался к голосам. Тем более, что этот принадлежал Юрскому! Читал он Зощенко. В рассказе один из персонажей — дворник, жуткий матерщинник, который со всем проходящим народом изъясняется исключительно матом. Ну, а поскольку матом писать нельзя, Зощенко заменил все матерные слова и выражения их ритмическими эквивалентами, вроде "трах-тара-рах". Прошло совсем немного времени и одним из этих эвфемизмов пользовалось уже всё "культурное" студенчество.

А вот откуда что пошло дальше... История умалчивает.....

Ложь - 60

- Мама, ты - проститутка! - сообщил восьмилетний Колька и отпихнул тарелку. Он ненавидел гороховый суп.

На кухне наступила тишина. Потом с грохотом упала кастрюля - это мама уронила.

- Так... – отец спокойно отложил ложку. - Ты, Николай, конечно, ещё не знаешь, что это такое. Но выдрать тебя придётся – просто, чтобы научился думать впредь, что родителям говоришь.

Он встал и потянулся к ремню. Отец у Кольки военный, ремень у него всегда поблизости. Пока он только грозил – но сейчас, похоже, был настроен серьёзно.

- Мальчик в школе набрался слов, сам не понимает, - лепетала мама, хватая огромного отца за руки, закрывая Кольку собой. - Ну, Вася, ну перестань...

- Пусть башкой учится думать! - делал грозные глаза отец, пытаясь прорваться к Кольке. - Пусти!

Верный признак неправоты, между прочим - когда на слова отвечают силой...

- Я знаю, что такое проститутка, - неожиданно громко и отчётливо сказал Колька из-за спины матери. Он стоял, скрестив руки на груди. - Я всё знаю. Проститутка - это нехорошая, аморальная женщина, которая занимается сексом за деньги. Так вот, наша мама - проститутка.

Родители замерли. У мамы на лице проступили веснушки.

- Коленька, глупый, что ты такое говоришь...

- Я не глупый. Я всё про вас знаю - хоть вы и пытались меня обмануть. Вы мне всё время лгали. Лгали, лгали, лгали... - Колька говорил ясно и отчётливо, как будто щелбаны раздавал. Именно так и должна звучать правда. – Лгали про деда Мороза. Лгали, что Вольфа отдали в дом для престарелых собак. А ведь Вольфа убили - «усыпили», как вы выражаетесь! Лгали, когда говорили, что детей приносит аист. На самом деле дети рождаются от секса; а сексом занимаются голые проститутки, - он с ненавистью выделил слово «проститутки», - за деньги. Отец тебе за секс отдаёт зарплату - потому что ты проститутка.

Мама стояла, ничего не понимая.

- Коля...

- Так... - решительно отодвинул её отец.

Колька попятился.

- И про тебя всё знаю! - смело крикнул он в лицо отцу, стоя на пороге и готовый дать стрекача. - Ты - никакой не защитник Родины, а каратель! Я всё знаю про твои командировки... Хороша семейка! Я-то вас любил! Я-то верил, что вы - лучшие на свете, а вы – лгали!.. Ненавижу!!!

Отец вдруг отбросил ремень. Он сжал руки в кулаки, огромные и красные. Потом разжал ладони, торопливо присел, ища глазами Колькины глаза, попытался ухватить его за руки, но Колька отскочил:

- Не смей трогать, в суд подам!

- Да кто тебе такой чепухи наговорил?!

- Дядя Альфред! И ничего это не чепуха - а правда!  - голос Кольки сипел от ненависти. - Он нас учит честности! Он порядочный человек, всю правду о жизни рассказывает, ничего не таит - не то, что вы со своей ложью! Он ещё многому обещал научить. У него много конфет и жевачек; ему их не жалко - не то, что вам! И фильмы про голых обещал мне показать - он честный, не ханжа, он не прячет кассеты с голыми в шкафу, как вы!

- Альфред Вениаминович?.. – переспросила бледная мама.

Тут карие глаза отца стали бешеными, он бросился на Кольку. Колька пулей вылетел с кухни и спрятался в комнате. Он затаился под столом и, задыхаясь, ждал расправы. Дядя Альфред учит ребят, что страдать за правду - благо...

Но отец прогрохотал мимо Колькиной комнаты. Страшно хлопнула входная дверь, полетели лохмотья побелки с потолка.

Разоблачённая мама всхлипывала на кухне. А Колька сидел под столом. Он не плакал, нет – он уже большой. Ему просто было страшно и мерзко, его бил озноб - как жить дальше? Отец - каратель, мать – проститутка. Перед людьми – стыдно, жизнь - навсегда сломана. Навсегда. Уйти из дома?.. Взять потихоньку хлеба, воды и уйти жить в подвал. Или к дяде Альфреду, он не бросит. Он – самый лучший человек во дворе и на свете, учит пацанов играть в футбол, учит добру, учит честности и справедливости. И к Кольке он относится лучше всех. Кольке очень захотелось к дяде Альфреду – посмотреть, наконец, его коллекцию футбольных вымпелов и кубков; давно уже домой приглашает...

Колька сильно вздрогнул - где-то далеко на улице били стёкла, кто-то истошно выл. Какой страшный, несовершенный мир! Кругом ложь, зло и насилие. И лишь один в нём честный и добрый человек - дядя Альфред из седьмого подъезда, который обожает возиться с мальчишками, обучая их футболу.

Вскоре вернулся отец; стал шуметь водой, шипя от злости, полез на кухне в аптечку. Потом долго успокаивал маму. Когда он вошёл к Кольке в комнату – грозный, огромный, тяжело скрипя паркетом, сопя и фыркая, как опасный дикий зверь - Колька сжался в комочек. Он испуганно выглядывал в щель из-под стола. Кулаки отца были забинтованы, рукава закатаны по локоть, лицо - каменное. "Сейчас будет карать" - с тоскливым ужасом подумал Колька. Он представил себе, что отец стреляет в него из автомата, как в кино про эсэсовцев. На улице вдруг взвыла сирена "скорой", и Колька решил, что это уже едут за ним.

Но отец всего лишь закряхтел, сел рядом со столом на пол и стал спокойно говорить с Колькой. Долго они говорили - как мужчина с мужчиной. И всё разъяснилось. Ложь рассеялась - и белая ложь, и чёрная ложь; вернулись любовь и мир. Отец, конечно, немного слукавил, не до конца всё рассказал - но Колька потом был благодарен ему за это. Всему своё время.

Да, а «дядю Альфреда» посадили, как из больницы выписался – он ведь и к другим мальчикам пытался клеиться; всё всплыло.

Хорошо, что Колька такой непосредственный, не затаил в себе. Хорошо, что у Кольки отец есть.

Жаль, не было такого отца у диссидентов-шестидесятников – их ведь точно так же обрабатывали.